ДВЕРЬ (ЖЕНСКАЯ ИСТОРИЯ)

Автор: Татьяна Мылян  27 апреля 2016     370     0  

Алиса не знала, почему это случилось с ней. Такие вещи могли происходить с кем угодно, только не с ней, потому что ее второе имя было "здравый смысл". А эта дурацкая история не только не укладывалась в рамки здравого смысла, но вообще, ни в какие ворота не лезла.

Пошел третий день ее новой жизни, и надежд на то, что все это как-нибудь само собой рассосется, практически не оставалось. Вот сейчас ей срочно нужно было бежать на работу. Но входные двери были плотно закрыты. И если их открыть, еще неизвестно, что окажется за порогом. Хорошо, если номер отеля "Ритц-Карлтон" с затаренным мини-баром. Такое уже бывало. А если она окажется на дрейфующей льдине посреди Баренцева моря? Или на арене цирка перед мордой у перепуганного до смерти льва? От этой ее "удаленной реальности" можно было чего угодно ожидать. Раздался телефонный звонок: - Алиса Васильевна, мы вас очень ждем! Голос шефа был холоден и опасен, как та давешняя льдина в Баренцевом море. "Думай, Алиса, думай!" - она сжала пальцами виски и попыталась восстановить события того вечера во всех подробностях.

Вечер был самым обычным. Пыльным, жарким, припорошенным тополиным пухом киевским вечером. В шесть пятнадцать Алиса вышла из офиса, села на метро и отправилась на Подол. Подруга Вика снабдила ее заветным адресом маникюрши, которая делала гелевые ногти, способные существовать пять недель без коррекции. Причем обе руки чудо-мастерица делала за час. Алиса придирчиво рассмотрела Викины ноготки, похожие на леденцы, и согласилась, что сделано мастерски. Оставалось втиснуться в плотное расписание богини маникюра.

Поплутав изрядно по лабиринтам подольских улочек, Алиса, наконец, вышла к невзрачному серому особнячку, окруженному палисадником. Дом был старым и обшарпанным, с одним-единственным подъездом по центру фасада. Но этот единственный подъезд оказался неприступен. На деревянных дверях с облупившейся краской и цветными стеклышками по верху имелся новенький кодовый замок. Алиса, которая и так опаздывала, занервничала. Код подъезда она не знала. А маникюрша на звонки не отвечала. Несмотря на вечерний час, во дворе никого не было. Ни мамаш с детьми, ни подростков на скейтах. Даже голубей на одиноком мусорном баке, заваленном коробками из-под пиццы, не имелось.

Нет бы Алисе насторожиться, и задуматься: а что, собственно, происходит? Но вместо этого она распереживалась, что останется на выходные без ногтей. И это может существенно повлиять на качество ее личной жизни. В воскресенье ей предстояло третье свидание с Костей из отдела интегрированных банковских систем. А к таким мальчикам, как Костя, без ногтей не пойдешь.

Алиса оббежала дом, чтобы заглянуть в открытые по случаю летней жары окна и попросить о помощи. Но, уже заворачивая за угол, приметила мужичка, который как раз подходил к заветной двери. Обычного такого мужичка с внешностью госслужащего и плешью ветерана семейных войн.

- Стойте! - завопила Алиса и припустила обратно к подъезду.

Мужичок как-то дико посмотрел на нее и ломанулся внутрь. При этом двери он постарался захлопнуть прямо перед Алисиным носом, едва не прищемив его. "Вот гад!" - подумала Алиса и ловко вставила ногу между дверью и косяком.

Странно, мужичка нигде не было видно. Алисе некогда было раздумывать над его исчезновением, и она поспешно шагнула в полумрак, казавшийся особенно густым по контрасту с ярко залитым солнцем двором. Раздался приглушенный хлопок, будто лопнул пузырь из жевательной резинки. Обожгло глаза. Алиса отчаянно заморгала, протирая глаза руками. А когда смогла их открыть, то поняла, что совершила роковую ошибку. Не нужно было ехать в час пик в душном тесном вагоне метро после двух недель бессолевой диеты. У нее случилась галлюцинация.

Галлюцинация была странной. Алиса стояла на вершине бархана, утопая по щиколотку в нестерпимо горячем песке. Солнце пылало прямо в зените и казалось совершенно белым. Откуда-то доносился звук человеческой речи. Слов Алиса не разбирала, но, судя по гортанным интонациям, язык был не славянским. Прямо над ухом раздалось влажное чавканье. Алиса резко обернулась и оцепенела. За ее спиной стоял верблюд и меланхолично жевал колючку. С брезгливо оттопыренной нижней губы дромадера капала мутная слюна. Верблюд фыркнул Алисе на макушку, обрызгал ее слюной, и Алису замутило. Ноги подкосились, и она села на раскаленный песок. Нужно закрыть глаза, сделать несколько глубоких вдохов, и все пройдет.

Алиса закрыла глаза, потом открыла. Ничего не изменилось. Тот же песок и белое раскаленное солнце. Нет, не совсем так. Теперь перед ней стоял человек. Его лицо было до глаз закрыто кобальтово-синей тканью. Человек уставился на Алису бешеными глазами и что-то спросил. Алиса вяло помотала головой. Однажды у нее была температура сорок, и ей тоже мерещилось всякое. Но большого опыта в обращении с галлюцинациями у нее не имелось.

Алиса беспомощно уставилась на порождение ее воспаленной фантазии. Порождение быстро и сердито что-то говорило. Каким-то десятым чувством Алиса уловила, что речь идет о ее наряде. В маленьком платье-комбинации из спандекса не было ничего особенного. В эти душные грозовые дни пол-Киева так ходило. Но отчего-то Алисе стало неловко под пристальным взглядом незнакомца. Наконец он умолк, ухватил Алису за плечо и резко поставил на ноги. В нос ударил горячий мускусный дух кожи, аромат пряностей и запах прогорклого масла, исходивший от одежды незнакомца. И в этот самый момент Алиса поняла, что человек никакая не галлюцинация, а самый настоящий бедуин. Или кто там живет в горячих аравийских пустынях? Она вскрикнула и потеряла сознание.

Лежать было неудобно. Алиса даже не сразу сообразила, где она находится. Но, присмотревшись, поняла, что лежит лицом на ступеньках того давешнего подъезда, куда вломилась следом за мужичком с плешью. В подъезде было темно, прохладно и пахло совсем не мускусом и пряностями, а кошками и пылью.

- Арте-е-ем, домой, ужинать! - раздался визгливый женский голос.

У Алисы заломило в висках. Она с трудом поднялась на ноги и, пошатываясь, пошла к дверям. В подъезд вошла дородная тетка и неодобрительно покосилась на Алису.

- Нализалась! - услышала Алиса за спиной. Но не стала вступать в дискуссию. Ей очень нужно было домой. Немедленно.

На следующее утро была суббота и, отоспавшись, Алиса поняла, что переоценила ситуацию. Подумаешь, привиделось невесть что. Надо завязывать с диетами и питаться как все нормальные люди. Сделав себе крепкий черный кофе с ломтиком лимона, Алиса еще полчасика подремала в кресле и поползла в душ. И там с ней случилась истерика. На тонкой загорелой коже плеча отчетливо проступали пять синеватых пятен - четыре ниже оспинки от прививки. И еще один на внутренней стороне плеча, ближе к подмышке. Синяки от пальцев давешнего бедуина. Теперь надо было выбирать - либо счесть, что галлюцинация затянулась, либо признать, что это была не галлюцинация.

Алиса простояла под душем минут двадцать, но разобраться в том, где она была и как туда попала, не получалось. "Нужно сварить еще кофе", - наконец решила она. И, прихватив халат, отправилась на кухню. Но стоило ей повернуть ручку двери и сделать шаг за порог, как раздался уже знакомый хлопок, и обожгло глаза. Алиса взвизгнула. На этот раз она стояла совершенно голая посреди оживленной улицы. Справа и слева тянулась череда ярко-желтых такси. Ближайшая к ней машина затормозила и водитель, веселый чернокожий парень, что-то радостно залопотал по-английски. Другие машины тоже стали притормаживать. К образовавшемуся затору уже пробирался полицейский.

На этот раз Алиса сориентировалась быстрее. Она поспешно накинула халат и побежала к тротуару, стараясь не потерять по дороге мокрые кроксы. Полицейский ловко лавировал среди машин, пробираясь за ней следом. Поток людей, струившихся по тротуару, расступился, и Алиса оказалась перед сверкающей дверью сигарного магазина. Думать было некогда, главное, удрать от полицейского. Объяснить властям, как она оказалась в центре Нью-Йорка без визы и документов, Алиса бы не смогла. Она что было сил вцепилась в тяжелую латунную ручку и рванула ее на себя. Но вместо аромата табака на нее пахнуло паром и дегтярным запахом шампуня для лошадей. Алиса мыла им волосы. Она снова была в родной ванной.

Алиса осторожно приоткрыла двери и выглянула. В узкой щели нарисовался фрагмент кухни. Никаких признаков Пятой Авеню не наблюдалось. Она опасливо шагнула за порог и пробралась к стулу. Ноги дрожали. Сердце колотилось. Она почти не сомневалась, что секунду назад была примерно за семь тысяч километров отсюда. На подошве крокса обнаружился прилипший билетик нью-йоркского метро за два доллара семьдесят пять центов. Все представления Алисы о том, как устроено мироздание, покачнулись и рухнули в преисподнюю.

- Мамочки, помогите! - завопила Алиса, закрыв лицо руками.

Но никакие мамочки на помощь не пришли. Звонок в МЧС ситуацию не прояснил. Ей посоветовали обратиться к специалисту по нервно-психическим заболеваниям. Алиса сначала обиделась, а потом вспомнила, что как раз такой специалист живет этажом выше. Олег Сазонтьевич дважды в год затапливал Алисину кухню, и это давало ей право обращаться за профессиональной помощью без предварительной записи.

Но, опрометчиво распахнув входную дверь, Алиса обнаружила, что стоит в аудитории, полной студентов. Шла лекция. На большом экране за спиной преподавателя мелькали слайды с какими-то позвонками и суставами. В аудитории было темно, студенты усердно пялились в экран, и ее появление прошло без привычного ажиотажа. Не дожидаясь расспросов, Алиса рванула к двери, прихватив улику. И, как и ожидала, оказалась в собственной прихожей. В руке у нее были крепко сжаты несколько листков с текстом. Очевидно, распечатанная лекция. Но определить предмет и страну Алисе не удалось. Весь текст был написан иероглифами. К Олегу Сазонтьевичу идти расхотелось. Мало того что ее мотает от одной страны к другой без всякой системы и расписания, так еще и в психушку отправят. Изучать феномен.

Теперь за каждой дверью ей чудилась опасность. Но до конца дня ничего такого больше не происходило. За дверями оказывалось именно то, что должно быть. Супермаркет. Заправка. Химчистка. Дома она двери предусмотрительно не закрывала. Кроме входных, конечно. И на следующее утро решила, что случайная флуктуация времени-пространства пришла и ушла. И не стоит об этом слишком задумываться. Если слишком долго всматриваться в бездну, бездна начинает всматриваться в тебя. Алиса даже рискнула пойти на свидание к Костику. Хотя вместо роскошного свежего "френча" у нее по-прежнему были родные ногти-огрызки, кое-как замаскированные малиновым лаком.

Очередной визит в удаленную реальность случился в самый неподходящий момент. Они как раз входили в ресторан. Костик галантно пропустил даму вперед. Расслабившаяся Алиса доверчиво шагнула под прохладную сень дорогого ресторана, изящно поддев длинную шелковую юбку. Ее с ног до головы окатило холодной соленой водой. Алиса отпрыгнула от новой волны, которая с ревом неслась на берег, и громко озвучила свое мнение по поводу всего происходящего. Разумеется, никакого ресторана уже не было. Серый холодный пляж тянулся в обе стороны, сколько хватало глаз. "Хоть бы понять, в какой я стране!" - с тоской подумала Алиса. Она огляделась в надежде увидеть подсказку. Но никаких следов человека по-.,, близости не было. Как и более-менее подходящих дверей. Алиса сняла босоножки, подвернула юбку и побрела прочь от моря. А что она еще могла сделать? Сидеть и ждать, пока за ней придут?

Идти пришлось долго. Часа два или три. За низкими серыми тучами не было видно солнца, и Алиса совсем перестала ориентироваться. Бедный Костик, вот он, наверное, удивился! Как там назывался этот роман? "Жена путешественника во времени?" Если бы они с Костей поженились, он мог бы написать в резюме: "Муж путешественницы в хрен знает где". Алису все это изрядно достало.

Наконец на горизонте показались какие-то строения. Несколько приземистых домиков, сложенных из песчаника. Рыбацкие сети. Перевернутая лодка. Возле лодки возился приземистый дедок в брезентовой робе и вязаной шапочке. Узрев Алису, дедок только крякнул: "Етить твою!" "Родина!" - с удовольствием подумала Алиса, но общаться с дедом не стала. Она подошла к домику и толкнула плотно прикрытую дверь. Уф, получилось!

Первое, что она увидела, было ошалевшее лицо официанта, потом не менее безумное лицо Костика. В ресторанных зеркалах отразилась босоногая девушка в задранной до пояса юбке. С мокрых волос ручьями льется вода. Синие губы трясутся от холода. Алиса подошла к ближайшему столику, взяла хрустальный графин с коньяком и, сделав большой глоток, двинулась к выходу. Она еще успела заметить, как Костя дикими глазами посмотрел на каблуки ее босоножек, которые она несла в руке. С каблуков длинной зеленой бородой свисали водоросли.

На Костины звонки она отвечать не стала. Как бы она объяснила ему, что произошло? И вообще, в свете всего происходящего роман с мальчиком из отдела интегрированных банковских систем казался банальным, как овсянка на свадебном столе. Алисе нужно было думать, как вернуться к обычной жизни. Или хотя бы научиться всем этим управлять.

В воскресенье утром она достала из кладовки рюкзак, сложила в него лыжный комбинезон, термобелье, несколько плиток шоколада и другие полезные штуки. Потом оделась поудобнее и решительно распахнула дверь в туалет. Ничего не произошло. Двери сработали только на седьмой раз. И на этот раз это были двери шкафа. Алиса вошла в шкаф в своей спальне, и глаза у нее сразу защипало. "Прямо Нарния какая-то", - подумала она и зажмурилась. От взбесившейся реальности можно было ожидать чего угодно.

На этот раз ей повезло. Она стояла в примерочной. На стойке висело несколько платьев класса "вау!". Алиса пощупала материал и глянула на ценники. "Сакс!" - мысленно завопила она. В двери примерочной постучались, и заглянула продавщица. "Йиелпа дей?" - спросила она. "Сенк ю вери мач", - на всякий случай ответила Алиса. Продавщица улыбнулась и исчезла. Алиса малодушно прикинула, какие возможности перед ней открываются, и постаралась договориться с собственной совестью. Если уж она так сильно пострадала непонятно за что, почему бы не извлечь некоторые выгоды из сложившейся ситуации? Неужели "Сакс" обеднеет из-за пары-другой костюмов? Но долго сражаться с демонами мародерства ей не пришлось. Алиса рванула к дверям примерочной, предвкушая, как славно она сейчас проведет время, и снова оказалась в своем шкафу.

Разочарованно покинув пределы шифоньера, она села и подумала, что некоторые закономерности все-таки имеются. В аравийскую пустыню она попала после того, как едва не задохнулась от жары. На Пятую Авеню отправилась из душевой, что было неожиданно. Но как раз перед этим она перебирала баночки с кремами. И на одной из них было написано "Элизабет Арден". В рыбацкой деревушке оказалась, переступив порог рыбного ресторана. А на лекцию по анатомии ее отправили, как только она собралась навестить психотерапевта. И тут ее осенило. Нужно вернуться туда, где все началось. Совершенно очевидно, что главный вход именно там, на Подоле. В доме у богини маникюра.

Алиса схватила рюкзачок и ключи от машины. Но, подумав, положила ключи на место. Не хватало еще открыть дверцу машины и оказаться на трассе "Формулы-1"! Или посредине между Парижем и Даккаром. Нет, спасибо, в следующий раз!

На этот раз обшарпанный особнячок выглядел совершенно обычно.

На лавочке перед подъездом сидела старушка и кормила голубей. Под мусорным баком лежали в тенечке разомлевшие от жары коты, а из открытых окон пахло жареным луком.

К большому Алисиному разочарованию двери с цветными стеклышками были распахнуты настежь и даже подперты кирпичом. Алиса зашла в них, снова вышла. Ничего не произошло. Старушка бдительно наблюдала за ее перемещениями. Нечего было, и думать проводить эксперименты под таким пристальным контролем. Алиса вежливо улыбнулась и отошла на заранее подготовленные позиции. В соседнем дворе имелась лавочка, с которой можно было наблюдать за входом в подъезд, но никак не выдавать своего присутствия. Алиса устроилась поудобнее и вытащила из рюкзачка заранее припасенный журнал.

Как она и ожидала, старушка вскоре отправилась на полуденную сиесту. И Алиса, наконец, подобралась к заветным дверям. Приклеив жвачкой монетку на язычок замка чтобы двери не захлопнулись, она их плотно закрыла, потом открыла и - вот оно! В ушах сразу зашумело, а глаза уже привычно обожгло. Словно альбуцидом закапали. Алиса не сразу поняла, где она. Помещение было темным, грязноватым и очень большим. Низкий сводчатый потолок нависал над самой головой. Из давно немытых окон струился мутный дневной свет. Всюду, сколько хватало глаз, лежали люди. Кто-то на матрасах, кто-то прямо на полу. Сначала Алиса подумала, что все они мертвы, но потом, присмотревшись, поняла, что они просто спят. У многих на лицах блуждали неясные улыбки. Сны их были легкими и приятными. Совсем не такими, как реальность, в которую невесть как занесло Алису. Везде стоял странный удушливый запах, от которого Алисе стало плохо. Будто в голову ваты набили. Место ей совсем не понравилось, и Алиса принялась осторожно пробираться к выходу. Должны же тут быть какие-то двери?

Обнаружив выход, Алиса с облегчением рванула к дверям и, что есть силы, толкнула их. Но вместо знакомого подъезда подольского особнячка она оказалась в маленькой комнатушке, где пахло еще хуже, а интерьер был еще мрачнее. Несколько человек сидели прямо на полу, покачиваясь из стороны в сторону. Судя по их лицам, они пребывали в нирване или где-то совсем рядом. Алисе бросился в глаза изможденный донельзя парень-европеец с длинными сосульками светлых волос. Судя по его лицу, он мог уже и не вернуться обратно. Остальные были азиатами. За низким резным столиком два маленьких крепко сбитых китайца пересчитывали бруски халвы. Вернее, Алисе сначала показалось, что это была халва. Но додумать эту мысль она не успела.

Вопреки ожиданиям на лицах хозяев не появилось ни удивления, ни радушия. Один из них резко спросил о чем-то Алису. Она растерянно замотала головой. Почему двери не сработали? Ей нужно домой, в Киев, срочно. Алиса попыталась улыбнуться и стала бочком пробираться к другим дверям, которые успела заметить. Хозяева помещения обменивались резкими птичьими фразами. Алиса уже была возле самой двери. Но тут ее крепко ухватили за горло и снова о чем-то спросили. Что она могла объяснить? Что она только что прибыла через пространственно-временной портал с улицы Фрунзе на Подоле? И совершенно не собирается сдавать этот притон Интерполу? Горло сдавили сильнее. Алиса захрипела. Теперь понятно, куда каждый год бесследно девается такая чертова прорва людей.

Внезапно хватка ослабла. Маленький азиат сполз к ее ногам и ткнулся носом в Алисины колени. Алиса и так с трудом воспринимала происходящее, а тут и вовсе перестала понимать, что к чему. Она пошевелила коленкой. Азиат сполз на пол и привольно раскинулся на заплеванном гашишем бетоне. Его коллега пытался сбросить с себя того самого хлипкого парня-европейца, который еще минуту назад был в чертогах Будды. Парень ловко выбил из рук спарринг-партнера пистолет, крутанул его в руке и огрел китайца рукояткой по лбу. Китаец затих.

Доходяга подскочил к Алисе, схватил ее за руку и потащил в дальний, самый темный угол комнаты.

- Go, go, go! - орал он упирающейся Алисе.

Она подчинилась. В углу под кучей тряпья оказался люк. Парень потянул за невидимую веревку. Люк поднялся. Он толкнул туда Алису, и она зажмурила глаза, предвкушая возвращение на родину. Но снова ничего не произошло.

- Беги, мать твою! - сказал ей спаситель по-английски и припустил вперед.

Алиса побежала за ним. Они долго бежали почти в полной темноте. Алиса слышала хриплое дыхание парня и бежала следом, стараясь не отставать и не думать, что такое чавкает у нее под ногами. Колени подкашивались, ее мутило, но разбираться в нюансах самочувствия было некогда. Наконец они выбрались на условно свежий воздух. Парень крепко ухватил Алису под руку и потащил через бесконечные ряды уличных торговцев. Алиса покорно семенила рядом. Наконец они нырнули в низкую дверь и оказались в лавке, торгующей котиками счастья. Везде, сколько хватало глаз, стояли гипсовые коты с блаженными улыбками на мордах и махали гипсовыми лапами. Парень поднырнул под плотную занавеску, отделявшую торговый зал от подсобки, и прислонился к стене.

- Ты кто? - спросил он Алису.

- Ту-туристка, - заикаясь, проговорила Алиса, припоминая школьный курс английского.

Парень ухмыльнулся:

- Ладно. Пусть будет туристка.

Он подошел к торчащему из стены крану и ополоснул лицо. Лицо оказалось загорелым и совсем не таким изможденным, как Алисе почудилось там, в подвале. Даже наоборот - острые, как ножи, скулы и колючие серые глаза принадлежали на редкость крепкому и здоровому человеку.

- Здесь безопасно. Но долго оставаться нельзя, - сказал ей спаситель, тыкая в руки телефон. - Звони своим, пусть тебя забирают.

- Нет, я, правда, туристка, - захныкала Алиса. - Я могу паспорт показать.

Она потянулась за рюкзачком и поняла, что потеряла его. Вместе со всеми документами. Дура! Идиотка! Прежде чем экспериментировать с такими вещами, нужно было мозгами думать. И почему она вообще тут оказалась? Прежде чем войти в портал, ни о каких опиумных притонах она не думала. Она вообще никогда про них не думала. И тут Алиса вспомнила. В журнале, который она листала там, на лавочке, была реклама духов "Опиум" и фотография рыжеволосой Софи Даль неглиже. Алиса еще подумала, что можно было бы как-нибудь купить культовый парфюм. Ведь она этого достойна. Бли-и-ин! Почему ей не попалась реклама резорта на Гавайях? Парень внимательно наблюдал за тем, как меняются эмоции на ее лице.

Алиса с трудом поднялась на ноги и попыталась выйти в двери. Ничего. Вернулась обратно. Снова ничего. На всякий случай она подняла крышку стоявшего рядом сундука, залезла в него и изо всех сил стала представлять себе подольский особняк. Как она стоит в подъезде. Там темно, прохладно и пахнет кошками и пылью. Она крепко-крепко зажмурила глаза. Потом открыла их. Ничего. Крышка сундука. А за ней облезлая подсобка китайской лавочки, торгующей сувенирами.

Алиса вылезла из сундука. Подошла к крану и ополоснула горящее лицо. Спаситель продолжал бесстрастно наблюдать за ее перемещениями. Да, сразу видно, что удивить его можно. Но трудно.

- Можете отвести меня в украинское консульство? Парень уставился на нее как на ненормальную.

- Детка, консульство в Гонконге. Наверное. Честно говоря, я вообще никогда про такое не слышал. Украина—это где-то в Европе?

- В Европе, - обреченно признала Алиса. - А мы где?

- А мы в Макао! - ответил парень.

Алиса села на пол и завыла:

- Мамочки мои, заберите меня отсюда! Пожалуйста!

Парень несколько секунд слушал ее. Потом не выдержал.

- Пойдем!

- Куда? - обреченно спросила Алиса.

- У меня есть знакомый курьер. Он отвезет тебя в Гонконг.

Парень отодвинул занавеску, оценил ситуацию и снова потащил за собой Алису. Его плечи поникли. Колени согнулись. Бахрома волос закрыла высокий лоб, и через минуту он ничем не отличался от толпы таких же худых и замурзанных людей на улице. Алиса втянула голову в плечи.

Она сразу его заметила. Может быть, потому, что он резко выделялся на фоне прочих неуместным костюмом. Белая рубашка с галстуком. Костюмные штаны. Коричневый потертый портфель. Невзрачная внешность госслужащего и плешь ветерана семейных войн. Тот самый мужичок, с которого все началось! Он стоял перед маленькой дверцей, прорезанной прямо в стене, и собирался туда войти.

- Стой, - что есть силы завопила Алиса. - Стой, гад!

Мужичок удивленно посмотрел на Алису и замешкался. В Алисе проснулся спринтер. За несколько секунд она одолела стометровку и, не раздумывая, втолкнула мужичка прямо в распахнутые двери. Наступила темнота. Раздался негромкий хлопок, будто лопнул пузырь, надутый из жвачки. Алиса протерла слезящиеся глаза и огляделась. Перед носом у нее была заветная дверь с цветными стеклышками.

Алиса сделала глубокий вдох и потянула дверь на себя. Знакомый двор. Пыльные кусты жасмина. Тополиный пух. И несколько облезлых котов, томно развалившихся в тени мусорного бака. Ничего прекраснее в своей жизни Алиса не видела.

Она вдохнула полной грудью раскаленный воздух, настоянный на гудроне, и сделала шаг вперед. Двери за ее спиной захлопнулись. Щелкнул язычок замка. Почему-то Алиса знала, что теперь все двери для нее это просто двери. Путешествие закончено. Она дома. Завтра придет в офис. Разберется с шефом. Засядет за отчеты. Может быть, позвонит мальчику Косте из отдела интегрированных банковских систем. И сделает наконец маникюр.

Алисе захотелось плакать. Она сунула руку в карман за бумажными салфетками и нащупала мобильный.

Мобильный? Это был не ее телефон. Ее смартфон остался в рюкзачке, потерянном в опиумном притоне. А в руке была зажата обычная старенькая "Нокия" с черно-белым экраном. Это был мобильный, который ей дал тот парень в Макао. А значит... А значит, у нее есть шанс однажды его найти. Конечно, это противоречило здравому смыслу. Но с некоторых пор здравый смысл перестал быть ее сильной стороной. Она обнаружила в себе совсем другие способности.


Все права защищены © Queen-Time.Ru

Если вы не согласны с содержанием статьи или же у вас есть дополнения, оставьте свой комментарий
ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Войти через: